Чем слушают сердцебиение врачи

Чем слушают сердцебиение врачи

«На каком сроке слышно сердцебиение на фетальном допплере?» самый частый вопрос, который задают наши покупатели, выбирая это прибор на сайте «МедМагазин».
Фетальный допплер – уникальный прибор, который позволяет каждой беременной маме услышать биение сердечка своего малыша. Сотни лет медики использовали для этого обычный стетоскоп для беременных. В конце прошлого века появились первые модели допплеров. Сегодня этот аппарат есть практически в каждой женской консультации. Наш сайт и сеть магазинов в Киеве делает фетальный допплер доступным для домашнего пользования всем будущим родителям.

Фетальный допплер со скольки недель можно использовать должен порекомендовать личный гинеколог. Врач может услышать сердцебиение плода уже на 6 неделе с помощью УЗИ. Хотя биться сердечко начинает уже на 5 акушерской неделе. Зачастую в это время женщина еще даже не догадывается о своей беременности.

С какой недели слышно на фетальном допплере биение сердечка малыша может зависеть от физиологических параметров – телосложение женщины, положение плода в матке, размеры самого крошки. Но современные гинекологи сходятся во мнение и отвечают на вопрос «с какого срока достоверно работает фетальный допплер» однозначно – до 12-13 недель беременности нет смысла самостоятельно пытаться обнаружить сердцебиение с допплером любой модели, даже используя самый лучший.
Опыт современных медиков и отзывы о фетальном допплере будущих мамочек показывают, что обследование лучше проводить, начиная с 12 недели беременности. Во время прослушивания лучше лежать на боку, желательно с полным мочевым пузырем.
Вопрос от беременных мам «С какой недели беременности можно использовать фетальный допплер» часто вызван обеспокоенностью о безопасности этого метода исследования. Но уровень ультразвука оборудования намного ниже УЗИ. Если учесть, что измерение сердцебиения плода допплером проходит в течение 1-2 минут, становится очевидна полная безопасность этой процедуры для женщины и ее ребенка. Хотя, врачи однозначно рекомендуют свести к минимуму самообследование и лишний раз не волновать малыша. Не существует четких норм, но есть общепринятые медицинские рекомендации – слушать не более 2 минут и не чаще, чем 2-3 раза в неделю.

одна кавказская женщина-врач слушает сердцебиение младенца стетоскопом при назначении на должность

  • одна,
  • кавказская,
  • слушает,
  • сердцебиение,
  • младенца,
  • стетоскопом,
  • женщина,
  • врач

Еще Меньше

  • RF
  • Расширенные лицензии ?
  • АбстракцияПомощь
  • ПромышленностьМедицина
  • ЛюдиДети
  • IT&C.
  • Бизнес
  • Графика Веб дизайн
  • Животные
  • Иллюстрации
  • Искусство/архитектура
  • Предметы
  • Природа
  • Путешествие
  • Редакционные
  • Технология
  • праздниках
  • Главная страница
  • стоковые фото
  • Помощь
  • одна кавказская женщина-врач слушает сердцебиение младенца стетоскопом
  • О наших фотографиях
  • Правила
  • Контакты
  • FAQ
  • Сайт
  • Личн.информ.
  • Эксклюзивные права
  • О нас
  • E
  • Карьера
  • Товары
  • Продавайте Ваши изображения
  • Форум
  • Социальные сети
  • Загрузить
  • API / Реферальная программа
  • Конкурс
  • Корпоративный аккаунт
  • Карта
  • Бесплатные фото
  • Наши фотографы
  • фото Инструменты
  • English
  • Deutsch
  • Español
  • Français
  • Italiano
  • Português
  • Nederlands
  • Pусский
  • ελληνικά
  • 汉语
  • Polski
  • Svenskt

Авторское право © 2000-2020 Dreamstime. Все права защищены.

Первую операцию на сердце ребенка Владимир Подзолков провел в 1968 году в Бакулевском центре сердечно-сосудистой хирургии. С тех пор других мест работы у него не было и нет. Правда, тогда он был младшим научным сотрудником, кандидатом медицинских наук. А ныне — академик РАН, первый заместитель директора этого же самого центра. Точнее — Национального медицинского исследовательского центра сердечно-сосудистой хирургии.

Читайте также:  Нейродерматозы дерматовенерология

Владимир Петрович, а первую свою операцию на сердце ребенка помните?

Владимир Подзолков: Вас, возможно, удивит мой ответ: я запоминаю не самого пациента, а те пороки его сердца, которые удалось устранить с помощью операции. Сейчас кардиохирурги стараются оперировать даже младенцев, если выявлен порок. В этом есть свой резон, потому что немало детей рождаются с такими пороками, с которыми они без вмешательства врача не проживут и неделю. И чем раньше такого ребенка прооперируют, тем лучше отдаленный результат.

А вы лично оперируете детей прежде всего какого возраста?

Владимир Подзолков: Мои пациенты начинаются с возраста трех лет. Они очень разные. Вот сегодня с утра прооперировал мальчика, который весил 12 килограммов. Это в три-то года! Почти дистрофик. И тому есть объяснение: тяжелейший порок сердца не давал ему возможности полноценно развиваться.

Что вы ему сделали?

Владимир Подзолков: У мальчика был большой дефект межжелудочковой перегородки и сужение легочного ствола. Ошибку природы удалось исправить. Дня два-три ребенок проведет в отделении реанимации, а потом, надеюсь, начнется процесс восстановления к нормальной жизни.

Именно к нормальной? Последствия операции его не будут мучить?

Владимир Подзолков: Надеюсь, не будут.

Какой-то неуверенный ответ.

Владимир Подзолков: Все зависит от тяжести и самого порока, и изменений в мышце сердца. Но обычная статистика после таких операций — оптимистичная.

Владимир Петрович, вы автор нескольких кардиологических операций у детей. И кардиохирурги не только в нашей стране, но и в мире проводят «операции по Подзолкову». Они для этого проходят специальное обучение? Или ваши методики растиражированы в специальной литературе?

Владимир Подзолков: И то и другое. Конечно, прежде всего такие операции проводят мои ученики — доктора, кандидаты наук, которые работают в крупнейших федеральных центрах нашей страны. Поверьте, они отменные специалисты.

Поверю. Но спрошу: почему так часто дети оперируются не в нашей стране, а в зарубежных клиниках?

Владимир Подзолков: Я бы не сказал, что очень часто. Это воля их родителей, они имеют право на выбор, тем более что речь не просто о здоровье — о жизни ребенка. Но поверьте врачу-кардиохирургу с солидным стажем: такие операции можно проводить у нас. Но лишать родителей права выбора ни в коем случае нельзя.

Мне довелось видеть первые операции на сердце у детей, которые проводились нашими корифеями Александром Бакулевым, Александром Вишневским, Евгением Мешалкиным. Это был конец 50-х годов — начало 60-х. Операции проводились с помощью гипотермии. Позже появились аппараты искусственного кровообращения. Операции длились многими часами и воспринимались почти как чудо. Теперь это прошлое. Гипотермия давно не применяется. Сколько теперь времени длится в среднем операция на сердце у ребенка?

Владимир Подзолков: По-разному. Все определяется видом порока. Операции стали менее травматичны. Однако и в наше время высоких технологий не всегда удается уйти от длительных и объемных вмешательств. Операции на сердце давно не воспринимаются как чудо, они на потоке. Я работаю в учреждении, которое лидирует по количеству и качеству операций на сердце у детей, в частности у младенцев. Это мировая статистика.

Читайте также:  Периферическое образование средней доли правого легкого

Сейчас все чаще мы сталкиваемся с иной проблемой: операции на сердце требуются тем, кто их перенес в детстве. И не потому, что они были плохо сделаны, а потому что тогда были иные технологии, скажем, иные сердечные клапаны и другие имплантируемые материалы. И со временем они перестают выполнять полноценно свои функции. И таких пациентов мы тоже оперируем.

А нынешние имплантируемые материалы с такими же погрешностями?

Владимир Подзолков: К счастью, нет. Пришли не только иные времена, но и иные имплантируемые материалы. И, скорее всего, от повторных вмешательств можно будет уйти.

Владимир Петрович, вас иногда называют мастером сердечных дел. И это тем более справедливо, что в свое время, примерно лет 20 назад, вы сами перенесли операцию на сердце. Кстати, где и кто вам ее провел? Повторные вмешательства не требуются?

Владимир Подзолков: В 1998 году у меня развился порок аортального клапана. Хотелось ли мне оперироваться? А кому хочется? Но как специалист я понимал, что это неизбежно. Не стал тянуть время и обратился в зарубежную клинику — в Германии. Оперировал меня Рональд Хетцер в Берлине. Почему в Берлине? Объясню. Просто-напросто не представлял и не хотел, что в своей клинике мне придется лежать голым. А обратиться в другую российскую клинику было бы неэтично. Вот и все. Операция прошла нормально. С того времени минул 21 год. Я работаю и ни в чем по большому счету себя не ограничиваю. Хотя через 20 лет после той операции была еще одна — имплантация электрокардиостимулятора. Она была проведена в нашем Бакулевском центре хирургом Андреем Филатовым. Без проблем.

Это у вас без проблем. Но проблем сердечных у разных людей более чем достаточно. Особенно в наше время, когда население стареет, когда различные нагрузки давят со всех сторон, когда стрессов множество… Как уцелеть? Куда бежать, если сердцебиение нарушено и если вы живете далеко от Москвы, от федеральных центров?

Владимир Подзолков: Отвечу банально: надо вести здоровый образ жизни. Сложно? Сложно. Но необходимо. Надо научиться обходить соблазны. Легко давать советы, а вот следовать им чрезвычайно сложно. И сам я в этом плане отнюдь не пример для подражания. Но есть совет, которому следовать не только можно, но и нужно: вовремя обращаться к специалисту. Да, чем дальше от Москвы, тем меньше таких специалистов, но все же теперь созданы сосудистые центры, и они досягаемы. Об этом важно знать, потому что сейчас все чаще к нам обращаются взрослые, страдающие врожденными пороками сердца. Такого количества их раньше не было. В чем дело? Ответ примитивный: да, специалисты выявляли порок, но родители не соглашались на радикальное лечение или откладывали его «на потом». А потом наступали осложнения, вызванные врожденным пороком, лечить которые чрезвычайно сложно. Потому что имеет место не только сам врожденный порок, но и заболевания других органов и систем. Да, мы им помогаем, но это всегда сложно.

Читайте также:  Ожог чем лечить быстро

Вы всю жизнь в медицине. В Бакулевском центре трудятся специалисты разных профилей и разного возраста. Современный врач отличается от врача прежних лет?

Владимир Подзолков: К сожалению, не всегда в лучшую сторону. Он может владеть современными технологиями и в то же время не уметь слышать сердцебиение, разбираться в шумах сердца и так далее. В вузах этому не учат или учат недостаточно. Все тонет в увлечениях современными технологиями, которые, конечно, очень нужны, но не делают всей погоды.

Вам с образованием повезло: ваш отец профессор, врач, был ректором Красноярского медицинского института. И мама ваша врач. Можно сказать, вы вылупились из медицины, пришли в нее и остались на всю жизнь. Но не всем же так везет. Как быть?

Владимир Подзолков: Между прочим, несмотря на то, что я из медицинской семьи, я не собирался поначалу стать врачом. Меня больше интересовали те вузы Красноярска, где были хорошие спортивные залы и можно было проявить себя в каком-то виде спорта. А отец сказал: если тебе все равно, где учиться, то поступай к нам, становись врачом. Вот я и стал. Жалею ли об этом? Никогда! И чем дальше, тем больше убеждаюсь: врачевание — лучшая профессия и более всего нужная людям.

Я недавно говорила со студентами медицинских вузов. Многие собираются посвятить себя модным ныне направлениям — гинекологии, урологии, пластической хирургии…

Владимир Подзолков: У меня нет комментариев. Убежден в одном: врач не имеет права быть дилетантом, поскольку его работа связана со здоровьем и жизнью человека. Это та профессия, в которой ошибки недопустимы.

А у вас ошибки были?

Владимир Подзолков: Были, но немного и без серьезных последствий. Не может врач начисто их избежать, поскольку нет ничего сложнее человеческого организма.

Вам ваши пациенты интересны? Или за болезнью вы пациента практически не видите?

Владимир Подзолков: Вижу. Но уже после того, как обследую его, поставлю диагноз, пойму, как ему можно помочь. Убежден в одном: никогда никому нельзя отказывать в помощи. Всегда все надо делать по максимуму, чтобы спасти. Независимо от того, какой пост занимает пациент, как он обеспечен, кто он, откуда… У врачевания, как известно, нет границ.

А возраст? Говорят, что лечиться надо у старого терапевта, а оперироваться — у молодого хирурга.

Владимир Подзолков: Возраст роли не играет. Погоду делает профессионализм.

Владимир Петрович Подзолков родился в 1938 году в Воронеже. Окончил школу и мединститут в Красноярске. Подзолков академик РАН, лауреат Государственной премии СССР, заслуженный деятель науки, автор 800 научных работ. Награжден четырьмя орденами. Более полувека трудится в Центре сердечно-сосудистой хирургии имени Бакулева. Последние годы — в должности первого заместителя директора. Жена, Анна Эмилевна, врач-анестезиолог. Владимир Петрович отец двух дочерей, у него пока одна внучка.

Ссылка на основную публикацию
Чем слушают больных врачи
Любите задавать вопросы типа "для чего человеку селезенка" или "как работают лекарства от рака"? Я знаю ответы и умею их...
Чем отличается диаскинтест от реакции манту
Какой тест лучше Манту или Диаскинтест? Туберкулез представляет собой чрезвычайно опасную болезнь, которая очень быстро приспосабливается к антибиотикам при лечении....
Чем отличается крем от бальзама
В силу колоссального культа косметики для женщин многие просто не замечают достаточно скромный выбор мужских косметических средств. Хотя представители сильного...
Чем слушают сердцебиение врачи
«На каком сроке слышно сердцебиение на фетальном допплере?» самый частый вопрос, который задают наши покупатели, выбирая это прибор на сайте...
Adblock detector